аспирант, научный сотрудник отдела наукометрии департамента организации научной деятельности,
117997, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4
Postgraduate Student, Research Associate, Department of Scientometrics, Research Management Unit,
4, Academician Oparin St., Moscow, 117997
к.м.н., старший научный сотрудник отделения вспомогательных технологий в лечении бесплодия имени проф. Б.В. Леонова,
117997, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4
Cand. Sci. (Med.), Senior Research Associate, Professor B.V. Leonov Department of Assisted Reproductive Technology in Infertility Treatment,
4, Academician Oparin St., Moscow, 117997
к.м.н., заведующий лабораторией молекулярно-генетических методов, врач клинической лабораторной диагностики Института репродуктивной генетики,
117997, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4
Cand. Sci. (Med.), Head of Laboratory of Molecular Genetic Methods, Clinical Laboratory Diagnostics Doctor, Institute of Reproductive Genetics,
4, Academician Oparin St., Moscow, 117997
д.м.н., профессор, заместитель директора – руководитель департамента организации научной деятельности,
117997, Москва, ул. Академика Опарина, д. 4
Dr. Sci. (Med.), Professor, Deputy Director – Head of Research Management Unit,
4, Academician Oparin St., Moscow, 117997
Введение. Прием витамина D рекомендован женщинам с недостаточным уровнем витамина D, планирующим лечение методами вспомогательных репродуктивных технологий (ВРТ). Действие активной формы витамина D опосредовано через его рецептр – VDR (vitamin D receptor). Присутствие VDR в клетках и тканях женской репродуктивной системы позволяет предположить, что витамин D играет важную роль в репродукции человека. Тем не менее влияние полиморфизмов гена VDR на репродукцию человека изучено недостаточно.
Цель. Оценить влияние полиморфизмов гена VDR на фолликулогенез, эмбриологические и клинические исходы у пациенток в программах ВРТ.
Материалы и методы. В одномоментное исследование были включены пациентки (n = 300) без наличия противопоказаний и развития осложнений в ходе проведения программ ВРТ. Оценивали число фолликулов, число полученных при трансвагинальной пункции ооцит-кумулюсных комплексов, число зрелых и незрелых ооцитов, их соотношение, наличие дисморфизмов ооцитов, число полученных зигот и частоту оплодотворения, число полученных бластоцист. Определение трех полиморфизмов гена VDR (FokI – rs2228570, BsmI – rs1544410, TaqI – rs731236) было проведено методом полимеразной цепной реакции в реальном времени.
Результаты. Среднее число фолликулов в день ТВП, число полученных ооцитов, средняя доля зрелых ооцитов и общее число полученных зрелых ооцитов, частота оплодотворения, число полученных бластоцист не были связаны с наличием изученных полиморфизмов гена VDR. Частота наличия патологии перивителлинового пространства при генотипе A/A гена FokI составила 5,7%, при генотипе A/G – 14,7%, при генотипе G/G – 16,3% (p = 0,041 при сравнении генотипа A/A с генотипами A/G + G/G). В зависимости от генотипа частота наступления беременности (ЧНБ) колебалась от 38,5 до 52,8%, однако статистически значимых различий выявлено не было.
Выводы. Показано, что патология перивителлинового пространства ооцитов при генотипе A/G гена FokI встречается в 2,6 раза чаще, а при генотипе G/G – в 2,9 раза чаще, чем при генотипе A/A. Однако различий ЧНБ у пациенток в программах ВРТ не выявлено.
Introduction. Vitamin D administration is recommended for women with vitamin D insufficiency, who are planning to undergo assisted reproductive treatment (ART). The action of the active form of vitamin D is mediated through its vitamin D receptor (VDR). The presence of VDR in the cells and tissues of the female reproductive system suggests that vitamin D plays an important role in human reproduction. However, the effect of VDR gene polymorphisms on human reproduction has not been adequately studied.
Aim. To assess the effect of VDR gene polymorphisms on the folliculogenesis, embryogenesis and clinical outcomes of assisted reproduction programs.
Materials and methods. The cross-sectional study included 300 patients without complications during the assisted reproduction cycle. The number of follicles, oocyte-cumulus complexes, mature and immature oocytes, the presence of oocyte dysmorphisms, number of zygotes, fertilization rate, and the number of obtained blastocysts were evaluated. The determination of three polymorphisms of the VDR gene (FokI – rs2228570, BsmI – rs1544410, TaqI – rs731236) was performed by real-time polymerase chain reaction.
Results. The incidence of perivitelline space pathology of oocytes in FokI A/A genotype patients was 5.7%, in A/G genotype patients – 14.7%, in G/G genotype patients – 16.3% (p = 0.041 when comparing A/A genotype with A/G + G/G genotypes). Depending on the genotype, the pregnancy rate ranged from 38.5 to 52.8%, but no statistically significant differences were found.
Conclusion. It was shown that the perivitelline space pathology of oocytes in the FokI A/G genotype patients is 2.6 times higher, and in the G/G genotype patients – 2.9 times higher than in the A/A genotype patients. However, there were no differences in pregnancy rate among patients with different genotypes of FokI, BsmI and TaqI gene polymorphisms of VDR.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.