Студеникина Анастасия Александровна, к.м.н., научный сотрудник центральной научно-исследовательской лаборатории, Новосибирский государственный медицинский университет; научный сотрудник, Научно-исследовательский институт молекулярной биологии и биофизики Федерального исследовательского центра фундаментальной и трансляционной медицины
630091, Россия, Новосибирск, Красный проспект, д. 52; 630060, Россия, Новосибирск, ул. Тимакова, д. 2/12
Anastasiia A. Studenikina, Cand. Sci. (Med.), Novosibirsk State Medical University; Scientist, Institute of Molecular Biology and Biophysics of Federal Research Center of Fundamental and Translational Medicine
52, Krasny Ave., Novosibirsk, 630091; 2/12, Timakov St., Novosibirsk, 630060
Рыжикова Светлана Леонидовна, начальник лаборатории цитокинов
630559, Россия, Новосибирская область, р. п. Кольцово, Научно-производственная зона, корпус 36
Svetlana L. Ryzhikova, Head of the Cytokine Laboratory
36, Scientific and Production Zone, Koltsovo, Novosibirsk Region, 630559
Проскура Андрей Викторович, к.м.н., научный сотрудник
630060, Россия, Новосибирск, ул. Тимакова, д. 2/12
Andrey V. Proskura, Cand. Sci. (Med.), Scientist
2/12, Timakov St., Novosibirsk, 630060
Аутеншлюс Александр Исаевич, д.б.н., профессор, заведующий центральной научно-исследовательской лаборатории, Новосибирский государственный медицинский университет; главный научный сотрудник, Научно-исследовательский институт молекулярной биологии и биофизики Федерального исследовательского центра фундаментальной и трансляционной медицины
630091, Россия, Новосибирск, Красный проспект, д. 52; 630060, Россия, Новосибирск, ул. Тимакова, д. 2/12
Dr. Sci. (Biol.), Professor, Head of the Central Research Laboratory, Novosibirsk State Medical University; Chief Scientist, Institute of Molecular Biology and Biophysics of Federal Research Center of Fundamental and Translational Medicine
52, Krasny Ave., Novosibirsk, 630091; 2/12, Timakov St., Novosibirsk, 630060
Введение. Несмотря на то что в ряде исследований обнаружена взаимосвязь между уровнем карциноэмбрионального антигена (CEA) в крови и молекулярными подтипами рака молочной железы (РМЖ), существуют ограничения в применении CEA как онкомаркера на ранних стадиях РМЖ, связанные с недостаточной чувствительностью этого маркера. Необходимы новые подходы к методике использования CEA при РМЖ.
Цель. Оценить влияние CEA на продукцию цитокинов клетками крови у пациенток с РМЖ при различных молекулярных подтипах.
Материалы и методы. Проведен анализ образцов крови 109 женщин с РМЖ в возрасте от 25 до 85 лет. Пациенток с РМЖ разделили на 5 подгрупп согласно молекулярному подтипу. С помощью иммуноферментного анализа изучалась спонтанная и CEA индуцированная продукция цитокинов: IL-6, IL-8, IL-10, IL-18, IL-1β, IL-1Ra, TNF-α, IFN-γ, G-CSF, GM-CSF, VEGF и MCP-1.
Результаты. При люминальном А подтипе отмечалось снижение спонтанной и CEA индуцированной продукции цитокинов по сравнению с другими молекулярными подтипами РМЖ. При анализе ROC-кривых было установлено, что превышение пороговых значений индекса влияния CEA (ИВCEA) на продукцию TNF-α и G-CSF свойственно люминальному B HER2- отрицательному подтипу. При люминальном B HER2-положительном подтипе отмечалось превышение пороговых значений: CEA индуцированной продукции IL-6, IL-8, TNF-α и MCP-1; а также ИВCEA на продукцию IL-1Ra. HER2-положительному подтипу соответствовало превышение пороговых значений: спонтанной продукции IL-8, G-CSF и MCP-1; CEA и ИВCEA на продукцию GM-CSF. Тройной негативный подтип характеризовался увеличением пороговых значений ИВCEA на продукцию IL-8
Заключение. Определение CEA индуцированной продукции цитокинов клетками крови у больных РМЖ дает возможность выявить молекулярные подтипы с неблагоприятным исходом, в частности тройной негативный и HER2-положительный подтипы еще до проведения операционного вмешательства.
Introduction. Despite the fact that several studies have found a correlation between the level of carcinoembryonic antigen (CEA) in the blood and the molecular subtypes of breast cancer (BC), there are limitations to using CEA as a cancer marker in the early stages of BC due to its lack of sensitivity. New approaches are needed to improve the methodology for using CEA in detecting BC.
Aim. To evaluate the effect of CEA on the production of cytokines by blood leukocytes in patients with BC with various molecular subtypes.
Materials and methods. Blood samples of 109 women with breast cancer aged 25–85 years were analyzed. Patients with breast cancer were divided into five subgroups according to the molecular subtype. Enzyme immunoassay was used to study spontaneous and CEA-induced cytokine production: IL-6, IL-8, IL-10, IL-18, IL-1β, IL-1Ra, TNF-α, IFN-γ, G-CSF, GM-CSF, VEGF and MCP-1. Results. In the luminal A subtype, there was a decrease in spontaneous and CEA-induced cytokine production compared to other molecular subtypes of breast cancer. When analyzing the ROC curves, it was found that exceeding the threshold values of the CEA influence index (IICEA) on the production of TNF-α and G-CSF is characteristic of the luminal B HER2-negative subtype.In the luminal B HER2 positive subtype, the following thresholds were exceeded: CEA of induced IL-6, IL-8, TNF-α and MCP-1 products; as well as IICEA for IL-1Ra products. The HER2 positive subtype corresponded to exceeding the thresholds: spontaneous production of IL-8, G-CSF and MCP-1; CEA and IICEA for GM-CSF products. The triple negative subtype was characterized by an increase in IICEA thresholds for IL-8 products.
Conclusion. The determination of CEA-induced cytokine production by blood cells in patients with breast cancer makes it possible to identify molecular subtypes with an unfavorable outcome, in particular triple negative and HER2 positive subtypes even before surgery.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.