Коморбидность бронхиальной астмы и патологии пищевода: клинико-иммунологическая характеристика

Введение. Сочетание патологии пищевода и бронхиальной астмы (БА) нередко встречается в клинической практике, но в ряде случаев может оставаться нераспознанным, что связано с трудностями диагностики и отсутствием клинической настороженности.

Цель. Оценить структурно-функциональные и лабораторные нарушения, выявляемые у пациентов с БА в сочетании с патологией пищевода.

Материалы и методы. Исследование проводилось на базе отделения аллергологии красноярской ККБ. Обследовано 69 пациентов, поступающих на стационарное лечение с диагнозом «бронхиальная астма». В соответствии с клинико-анамнестическими данными пациенты были разделены на 2 группы: БА без патологии пищевода (1-я группа: 38 пациентов (55,07%)) и БА в сочетании с патологией пищевода (2-я группа: 31 пациент (44,93%)). Методы обследования включали в себя: анамнестический метод, физикальный осмотр, заполнение опросника ACQ-5, АСТ, GERDQ, опросник на выявление дисфагии, инструментальные (спирография с бронхолитиком, ФГС), лабораторные методы, морфологическое исследование пищевода.

Результаты. У пациентов с БА в сочетании с патологией пищевода количество дневных и ночных приступов и, соответственно, потребности в КДБА были значимо больше. По данным спирометрии, фиксированная обструкция дыхательных путей значимо чаще регистрировалась среди пациентов 2-й группы. В иммунном статусе отмечается значимое снижение NKТ-клеток у пациентов 2-й группы. Снижение NKТ-клеток у пациентов БА в сочетании с патологией пищевода, а также наличие отрицательной взаимосвязи с грибковым эзофагитом может косвенно свидетельствовать о снижении барьерной функции эпителия и, соответственно, большей уязвимости пациентов по отношению к факторам внешней среды, что также подтверждается показателями опросника AQLQ по домену «окружающая среда».

Выводы. Полученные данные подтверждают отягощающее влияние патологии пищевода на течение БА, а также косвенно свидетельствуют о наличии изменений в системе мукозального иммунитета, что может приводить к сочетанному поражению слизистых оболочек пищевода и респираторного тракта.

1. Hekking PP, Amelink M, Wener RR, Bouvy ML, Bel EH. Comorbidities in Difficult-to-Control Asthma. J Allergy Clin Immunol Pract. 2018;6(1):108–113. https://doi.org/10.1016/j.jaip.2017.06.008.

2. Анаев ЭХ, Бобков ЕВ. Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь при бронхиальной астме. Практическая пульмонология. 2020;(2):22–32. Режим доступа: https://www.atmosphere-ph.ru/modules.php?name=Magazines&sop=viewarticle&magid=1&issueid=498&artid=6228.

3. Анаев ЭХ, Яковенко ЭП. Хроническая обструктивная болезнь легких и гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь. Практическая пульмонология. 2020;(3):32–39. Режим доступа: https://www.atmosphere-ph.ru/modules.php?name=Magazines&sop=viewarticle&magid=1&issueid=502&artid=6308.

4. Broers C, Tack J, Pauwels A. Review article: gastro-oesophageal reflux disease in asthma and chronic obstructive pulmonary disease. Aliment Pharmacol Ther. 2018;47(2):176–191. https://doi.org/10.1111/apt.14416.

5. Kang HR, Lee YJ, Lee HY, Park TY, Lee JK, Heo EY et al. The Impact of Erosive Reflux Esophagitis on the Decline of Lung Function in the General Population. J Korean Med Sci. 2021;36(5):e29. https://doi.org/10.3346/jkms.2021.36.e29.

6. Sandur V, Murugesh M, Banait V, Rathi PM, Bhatia SJ, Joshi JM, Kate A. Prevalence of gastro-esophageal reflux disease in patients with difficult to control asthma and effect of proton pump inhibitor therapy on asthma symptoms, reflux symptoms, pulmonary function and requirement for asthma medications. J Postgrad Med. 2014;60(3):282–286. https://doi.org/10.4103/0022-3859.138754.

7. Durrani SR, Mukkada VA, Guilbert TW. Eosinophilic Esophagitis: an Important Comorbid Condition of Asthma? Clin Rev Allergy Immunol. 2018;55(1):56–64. https://doi.org/10.1007/s12016-018-8670-7.

8. Capucilli P, Hill DA. Allergic Comorbidity in Eosinophilic Esophagitis: Mechanistic Relevance and Clinical Implications. Clin Rev Allergy Immunol. 2019;57(1):111–127. https://doi.org/10.1007/s12016-019-08733-0.

9. Plate J, Söderbergh T, Bergqvist J, Lingblom C, Bergquist H, Larsson H. Eosinophilic esophagitis prevalence, incidence, and presenting features: a 22-year population-based observational study from southwest Sweden. Dis Esophagus. 2025;38(1):doae025. https://doi.org/10.1093/dote/doae025.

10. Ивашкин ВТ, Маев ИВ, Трухманов АС, Лапина ТЛ, Андреев ДН, Баранская ЕК и др. Клинические рекомендации Российской гастроэнтерологической ассоциации по диагностике и лечению эозинофильного эзофагита. Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии. 2018;28(6):84–98. https://doi.org/10.22416/1382-4376-2018-28-6-84-98.

11. Лигостаева ЕА, Севрюгина НН, Бадьян АС, Беседина ЕА, Дудникова ЭВ, Барило АВ, Кещян МА. Эозинофильный эзофагит: длинный путь к диагнозу. Сибирское медицинское обозрение. 2024;(4):107–112. https://doi.org/10.20333/25000136-2024-4-107-112.

12. Hill DA, Grundmeier RW, Ramos M, Spergel JM. Eosinophilic Esophagitis Is a Late Manifestation of the Allergic March. J Allergy Clin Immunol Pract. 2018;6(5):1528–1533. https://doi.org/10.1016/j.jaip.2018.05.010.

13. Barchi A, Mandarino FV, Yacoub MR, Albarello L, Massimino L, Savarino EV et al. From Pathogenesis to Treatment: Targeting Type-2 Inflammation in Eosinophilic Esophagitis. Biomolecules. 2024;14(9):1080. https://doi.org/10.3390/biom14091080.

14. Кайбышева ВО, Кашин СВ, Михалева ЛМ, Видяева НС, Куваев РО, Галкова ЗВ и др. Эозинофильный эзофагит: современный взгляд на проблему и собственные клинические наблюдения. Доказательная гастроэнтерология. 2019;8(1):58–83. https://doi.org/10.17116/dokgastro2019801158.

15. Hait, EJ, McDonald DR. Impact of Gastroesophageal Reflux Disease on Mucosal Immunity and Atopic Disorders. Clinic Rev Allerg Immunol. 2019;57:213–225. https://doi.org/10.1007/s12016-018-8701-4.

16. Масленкина КС, Мотылев ЕН, Гущин МЮ, Вандышева РА, Михалева ЛМ. Патоморфологические критерии и особенности иммунного ответа при эозинофильном эзофагите и рефлюкс-эзофагите. Архив патологии. 2024;86(1):5–12. https://doi.org/10.17116/patol2024860115.

17. Козлова ИВ, Пахомова АЛ, Кветной ИМ. Бронхиальная астма и ГЭРБ с рефлюкс-эзофагитом: клинические и морфологические особенности сочетанной патологии. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2014;106(6):33–37. Режим доступа: https://www.elibrary.ru/szuupv.

18. Голованова ВЕ, Михалева ЛМ, Бархина ТГ, Щеголева НН, Иванова ЕВ. Морфофункциональная характеристика слизистой оболочки пищевода при бронхиальной астме разной степени тяжести. Российский медико-биологический вестник имени академика И.П. Павлова. 2012;(2):25–32. https://doi.org/10.17816/PAVLOVJ2012225-32.

19. Галимов ОВ, Сатаев ВУ, Галимова ЕС, Федоров СВ, Ханов ВО. Влияние патологии верхних отделов пищеварительного тракта на течение хронических заболеваний легких. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2022;202(6):14–18. https://doi.org/10.31146/1682-8658-ecg-202-6-14-18.

20. Топтыгина АП. Роль неканонических Т-клеток в гомеостазе и патологии. Медицинская иммунология. 2024;26(3):449–464. https://doi.org/10.15789/1563-0625-RON-2918.

21. Mohammad Taheri M, Javan F, Poudineh M, Athari SS. Beyond CAR-T: The rise of CAR-NK cell therapy in asthma immunotherapy. J Transl Med. 2024;22(1):736. https://doi.org/10.1186/s12967-024-05534-8.

22. Gutiérrez-Vera C, García-Betancourt R, Palacios PA, Müller M, Montero DA, Verdugo C et al. Natural killer T cells in allergic asthma: implications for the development of novel immunotherapeutical strategies. Front Immunol. 2024;15:1364774. https://doi.org/10.3389/fimmu.2024.1364774.